Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
13:46 

_Наблюдатель
Фэндом: White Collar
Название: Критерий героя / The Mеasure of a Hеro
Автор: Shоlio (Friendshippеr)
Перевод: _Наблюдатель
Оригинал: здесь
Тип: Джен
Жанр: AU, Action/Adventure, Friendship
Рейтинг: PG-13
Персонажи: Питер, Нил, Элизабет, ОС
Сезоны/спойлеры: серьезных нет.
Объем: ~ 15 400 слов
Саммари: В мире, где супергерои существуют, Питер всегда считал себя самым обычным человеком, пока пошедшая под откос операция не выявила обратного.

Как только агенты ФБР ворвались на склад, стало ясно, что это не их обычные подозреваемые. От слова «совсем».

– Вот черт! – рявкнул Питер. – Стоять, всем стоять! Джонс, звони Варринеру и вызови сюда БКМ и, может, команду супергероев, если кто-то из них свободен!

– Отходим? – напряженно спросила Диана.

– Нет, – сказал Питер, глядя на явные признаки сумасшедшей учености и суперзлодейности: странное пузырящееся оборудование, переливающиеся зеленые кристаллы в большом стеклянном пузыре, человек в лабораторном халате и резиновых перчатках, с отвращением глядящий на них с высокой платформы в углу помещения. К машине рядом с ним была привязана молодая девушка. Непохоже, что она там находилась по доброй воле.

– ФБР! – крикнул Питер. – Может, уберешь руку с переключателя и поговорим об этом?

Тип в Халате еще мгновение пялился на него. Потом повернулся спиной и продолжил крутить рукоятки и щелкать переключателями.

– Это не предложение, приятель! Ты арестован!

Это тоже никак не подействовало на их подозреваемого.

У локтя Питера проявился Нил. Его оставили снаружи из-за риска перестрелки, но он (как предположил Питер) оставался там ровно столько, сколько позволило ему любопытство – то есть, не очень долго.

– Хочешь, я попробую… – прошептал он и огляделся по сторонам, – ...что-нибудь?

Питер стиснул зубы и прошептал в ответ:

– Какое первое правило участия в полевых операциях ФБР, Нил?

Нил закатил глаза и отбарабанил:

– Не лезть вперед людей с оружием.

– Потому что…

– Потому что в невидимок попадают пули. Но, Питер, сейчас я не невидимка…

– Да, а значит, не используешь свой единственный защитный навык, и ты безоружен. Не лезь вперед людей с оружием, Нил.

Нил надулся и нехотя отступил на пару шажков, и Питер снова переключился на типа на платформе, который по-прежнему игнорировал их. Стрелки на больших круглых индикаторах, видимые даже через помещение, начали приближаться к красной зоне.

С любым, кого настолько не впечатлила целая команда вооруженных агентов ФБР, пожалуй, стоило считаться. Им правда стоило подождать прибытия БКМ со сдерживающей технологией.

Но к машине была привязана парализованная страхом девушка. Чья-то дочь, чья-то сестра, может, чья-то мать. И еще оставался вопрос, что именно это подключенная к мерцающим зеленым кристаллам большая антенна, с кабелем толще бедра Питера, сделает с Манхэттеном. Или со всем Северным полушарием.

– Где там БКМ с моим сдерживающим полем? – рыкнул Питер. – Не слышу черных вертолетов!

– Прости, Питер, все их команды заняты, – отозвался Джонс. – Они пытаются что-то сообразить, но говорят, что не раньше чем через десять минут.

– Шикарно, – пробормотал Питер. – Зачем мы платим налоги на содержание теневой квази-правительственной организации, если их никогда нет, когда они нужны? Всем оставаться здесь. Нил, а ты – особенно.

Он начал придвигаться к платформе с поднятым пистолетом.

– Эй, ты. Мы из ФБР, и это не шутка или учения. Ты арестован. Отойди от машины. Мэм, вы в порядке?

Девушке удалось кивнуть.

Питер начал волноваться о последнем переключателе, большом, с красной рукояткой, к которому продвигался их подозреваемый. Воздух в комнате трещал от статического электричества.

– Отойди немедленно! – рыкнул Питер и выстрелил над головой подозреваемого. Пуля застряла где-то во внутренностях машины.

– Питер, осторожно! – крикнул Нил.

По крайней мере, это привлекло внимание их сумасшедшего ученого, который обернулся и рявкнул на Питера:

– Ты спятил?

– Не знаю, – сказал Питер. – А ты? Судя по всему, да. Диана, выведи всех на улицу, на всякий случай. Нил, к тебе это тоже относится.

Не сводя глаз с подозреваемого, который казался невооруженным, Питер забрался на платформу.

– Хочешь об этом поговорить? – спросил он. – Кто тебе досадил? Правительство? Глобализация? Какой-то супергерой, который убил твою подружку?

– Они заплатят. Все!

Потрясающе. Обычно Питеру не приходилось вести переговоры с метами. Суперзлодей типа 2A: Обобщенная Агрессия, Без Специфики. Один из худших типов.

Он придвинулся к заложнице, наблюдавшей за ним расширенными глазами.

Суперзлодей потянулся к большому красному переключателю. Питер направил на него пистолет.

– Я не хочу в тебя стрелять, – спокойно сказал он. – Но я выстрелю.

Рука в перчатке зависла над рукояткой, но не приближалась. Очевидно, это был пат. Где черти носят БКМ…

Гул вертолетных винтов раздался крайне вовремя. Суперзлодей задрал голову, и Питер бросился на него, ударил плечом и свалил к перилам платформы. Пистолет вылетел у него из руки и закатился под машину.

Они скатились с платформы. Парень не был большим, но крепким и жилистым, и дрался грязно. Хотя Питер мог ответить тем же.

– Ты пожалеешь, – выдохнул его противник.

– Так все говорят. Ты арестован. – Питеру наконец удалось прижать его к земле, используя весовое преимущество.

– Это ты…так думаешь, – выдохнул ученый.

– Питер! – раздались крики Нила и Дианы с другого конца склада.

Питер заметил движение краем глаза и откатился как раз вовремя, чтобы избежать смертельного удара по голове, хотя краем его все равно зацепило, и в ушах раздался звон. Оказавшаяся вовсе даже не заложницей привязанная девушка освободилась и размахивала железным прутом. Он инстинктивно вскинул руки защитить голову, и удар пришелся по предплечью. Видимо, сломала руку; от боли потемнело в глазах. Он услышал предостерегающий вскрик Дианы и выстрел, но уже ничего не мог сделать: пытаясь откатиться от фурии с ломом, он упал с платформы – прямо в стеклянный пузырь с мерцающими зелеными кристаллами. Пузырь разлетелся осколками, и сверкнула ослепляющая зеленая вспышка.

Он не отключился – хотя это был бы благо; вместо этого тяжело ударился об пол, рука отозвалась ослепляющей болью. Окружавшие его кристаллы начали разрушаться, и зеленый порошок был повсюду, на его одежде и коже. Он не мог пошевелиться, не вдыхая его.

Он услышал бегущие шаги и крики, а потом часть потолка открылась, и на склад спикировала группа БКМщиков. Вовремя, чтоб их черти взяли, подумал Питер, кое-как умудрившись сесть. Рука, без сомнения, была сломана, и от боли и шока его бросало то в холод, то в жар.

– Питер! – воскликнул Нил, и Питер вскинул здоровую руку, чтобы не подпустить его.

– Не трогай меня! Не подходи! Я не знаю, что это… – он закашлялся. – Диана, – выдавил он. – Проследи, чтобы он не подходил. И сама держись подальше. Это приказ.

Когда он снова поднял голову, комната наполнялась БКМщиками в обтягивающих черных униформах. На суперзлодея – обоих суперзлодеев – надели наручники. Диана и Нил встревожено топтались в нескольких мерах от него.

– Я в порядке, – сказал Питер, снова закашлялся. – В смысле, в основном.

– У тебя кровь на голове, – беспомощно сказал Нил, глядя на него расширенными глазами.

– О. – Боль в руке затмевала боль в голове. Питер коснулся виска, и пальцы стали липкими. Осмотрев себя, он заметил дюжину мелких царапин от разбившегося стекла.

Он задумался, что будет, когда мерцающий зеленый порошок попадает в кровь. Наверное, ничего хорошего. Оставалось надеться, что ничего постоянного. Или смертельного.

– Может, кто-нибудь из вас найдет тут главного, пожалуйста? – спросил Питер, потому что не собирался позволять им дотрагиваться до него, пока не узнает, на что способен порошок, но ему бы очень пригодились болеутоляющее и душ. Он пытался произнести это командным голосом, но вышло почти жалобно.

Нил и Диана все равно отреагировали, словно он отдал прямой приказ, и метнулись выполнять – едва не налетев на женщину в темных очках, на которой было просто написано "Официальное Дело Правительства".

– Я агент Реган, – коротко бросила она. – Где тот болван, что бросился в мета-инцидент шестого уровня, не имея полномочий?

– Я тот болван, – отозвался Питер, и поморщился. Ну, можно списать на боль и шок. – А вы, значит, тот болван, который не озаботился разослать межведомственные уведомления, что здесь наблюдается мета-активность?

Агент Реган напряглась. Диана быстро сказала:

– Неважно, кто виноват. Нам нужна команда медиков.

– Никто не прикасается ко мне, пока мы не выясним, что это, – сказал Питер. – Это будет работа вашей команды, полагаю? У вас есть идеи, чем эти люди здесь занимались?

– Мы над этим работаем, – сказал агент Реган. Она сделала шаг вперед и притормозила, выглядя слегка раздраженной, потом озадаченной. Она подняла руку и описала ей медленный круг.

Питер нахмурился.

– Что такое? – спросила Диана.

– Не знаю, – медленно произнесла Реган. Она шагнула в сторону и снова подняла руку с расставленными пальцами. – Крис, – бросила она через плечо. – Отправь сюда команду техников, пожалуйста?

Диана, раздраженная безуспешным ожиданием ответов, быстро сделала два шага вперед - резко остановилось и, вскрикнув, потерла нос.

– Тут что-то есть, – сказал она, более осторожно протягивая руку. Нил с открытым любопытством начал ощупывать воздух над ее плечами.

– Видимо, оборудование защищено силовым полем, – сказала агент Реган. – Как вы его пробили?

– Никак, – сказал Питер. – Просто упал.

– Может, защита сработала после. Техники этим займутся. Вы двое, – приказала она Диане и Нилу, – помогите мне выяснить, насколько оно простирается.

Скоро они установили, что Питер окружен куполообразным невидимым силовым полем около пяти метров в диаметре. К облегчению Питера, похоже, оно охватывало всю область, зараженную зеленым порошком – то есть, его команда была в безопасности, хотя тем выше была вероятность того, что зеленая пыль не шла ему на пользу.

Техники БКМ рассыпались по складу, переговариваясь и размахивая ручными детекторами с цветными лампочками.

– Диана, посмотри, нет ли дыры у пола, – попросил Питер. Он не хотел, чтобы поле исчезло, пока все не будут в безопасности – как оно по идее и должно было работать – но не хотел и сидеть под ним целую вечность, вдыхая бог знает что. Рука чертовски болела, и начинала ныть голова. В целом, он чувствовал себя весьма паршиво.

Присев, Диана провела рукой вдоль пола и покачала головой.

– Оно сплошное, босс. Ну, если можно так сказать. Оно ни на что не похоже – не отличается от нормального воздуха, только не пропускает мою руку.

Питеру было все равно, на что это похоже – главным образом он хотел знать, как от него избавиться. А потом осознал, что у них еще одна проблема, когда привычно поискал глазами Нила и не обнаружил его рядом с Дианой.

– Где Нил?

Диана огляделась.

– Ради всего святого, – вздохнула она.

– Нил! – рыкнул Питер.

Нил проявился в трех метрах от Дианы у периметра силового поля.

– Я просто хотел проверить, вдруг удастся через него пройти невидимкой. Иногда это помогает.

Оглядевшись, он вдруг заметил, что на него уставились все техники БКМ, включая и агента Реган.

– Ты – мета.

– Дааа… – протянул Нил. У Питера было впечатление, что он бы ни за что не признался, если бы не стал только что невидимкой на складе, набитом агентами БКМ. При этом сложно было сохранить свои способности незамеченными.

– Ты в списке зарегистрированных героев?

– Нет.

Она сделала шаг назад и поднесла к губам запястье:

– Дейв, нам срочно нужен отряд сдерживания суперзлодеев, здесь незарегистрированный…

– Перестаньте, – сказал Питер. – Он со мной, я за него отвечаю, в верхах БКМ об этом знают, отвяжитесь от него. – Он уже произносил это так много раз, что от зубов отскакивало.

– Подожди, Дейв, – сказала Реган и резко взглянула на Питера. – Он может еще что-нибудь, кроме как становиться невидимым?

– Можете его спросить, он прямо тут стоит, – заметил Питер. – Нет, не может, и он носит следящий браслет, чтобы мы могли его найти. Нил, покажи даме лодыжку.

Нил, раздраженно закатив глаза, задрал штанину. Строго говоря, браслет не имел никакой связи с его статусом незарегистрированного меты – исключительно со статусом осужденного преступника на условно-досрочном, – но так люди вроде чувствовали себя комфортнее в присутствии незарегистрированного суперзлодея.

– И каждую минуту, что мы обсуждаем моего периодически невидимого консультанта, мы не вызволяем меня из этого поля, – добавил Питер. Головная боль усилилась, свет резал глаза, и его начинало тошнить.

– Мы над этим работаем, – сказал один из техников. – Проблема в том, что мы не получаем показаний, вообще никаких. Оно не получает ниоткуда энергию. Его не видно на наших датчиках. Оно просто есть.

– Подозреваемые еще здесь? – спросила Реган. – Отлично. Приведите одного сюда.

Через пару минут появились двое ее агентов в сопровождении Типа в Халате. Он выглядел угрюмым и раздраженным. Реган ткнула в сторону Питера:

– Выключи поле.

– Не знаю, о чем вы.

– Не строй из себя идиота. Вокруг него силовое поле, а мы в твоей лаборатории. Выключи.

– Я не ставил там поля.

– Ну, кто-то же это сделал. – Реган подтолкнула его вперед, пока он не врезался в поле. – Чувствуешь? Оно здесь. Человеку за этим полем нужна медицинская помощь, и ты не улучшишь свое положение, если федеральный агент истечет кровью или задохнется от нехватки кислорода, пока ты отказываешься сотрудничать.

Питер пожалел, что она упомянула кислород, особенно потому что Нил с Дианой явственно начинали паниковать, а ему не нужно было, чтобы они паниковали, ему было нужно, чтобы они его вытащили.

– Я бы не прочь посотрудничать, но я понимаю не больше вашего, – Тип в Халате уставился на пустой воздух перед собой так внимательно, что глаза полезли на лоб. – Может, это кристаллы делают? Бывшие кристаллы. Которые ты уничтожил, – обиженно добавил он Питеру.

– Что они такое? – спросила Реган. – Кристаллы чего?

– Не знаю.

Диана крепко ухватила его за локоть. Он взвизгнул от боли.

– Это, по-твоему, сотрудничество?

Он нахмурился.

– Я серьезно. Я правда не знаю. Они с разбившегося инопланетного корабля.

– Неужели? – сказала Реган. – С какого именно?

– Который упал на севере Онтарио в прошлом году.

– Хм, – она снова поднесла к губам коммуникатор. – Дейв, нам нужна связь с Канадой.

Еще через пятнадцать минут техники КМБ, арестованные ученые и (по телефону) Канадская секретная служба устроили мозговой штурм, пытаясь найти способ проникнуть в поле. Ничего из испробованного ими – резаки, лазеры, даже звуковая пушка – не помогало. К этому времени сзади столпились все агенты Питера, пытаясь не мешать и тревожно переговариваясь между собой. Скорая тоже приехала, но им нечем было заняться, кроме как ждать с отделом белых воротничков, пока кто-нибудь найдет путь через барьер.

Питер не знал, из-за шока это, зеленой пыли, или возможной нехватки воздуха, но ему становилось хуже и хуже. Его тошнило, кружилась голова и не хватало воздуха. В ушах звенело, и даже сидя ему приходилось опираться на остатки металлической клетки, поддерживающей стекленный пузырь вокруг кристаллов. По крайней мере, теперь ему было достаточно паршиво, чтобы его перестала волновать мысль об унизительности застрять в гигантском аквариуме.

– Страннее всего, что он прекрасно слышит нас, а мы – его, – сказала одна из техников. – Оно не блокирует звуковые волны. И ни малейшего визуального искажения. Это просто невозможно.

– Ну, очевидно, возможно, раз оно здесь, – заметила Диана. Она, Нил и Джонс становились все дерганее. Нил уселся у края силового поля, предположительно так близко к Питеру, как только мог. Он охотно отодвигался с дороги техников – в конце концов, они пытались вызволить Питера – но снова усаживался на прежнее место, когда они проходили мимо.

Агент Реган о чем-то посовещалась со своими людьми, затем вернулась к краю силового поля.

– Агент Бёрк? Сюда едет метачеловек, она обладает сенсорными способностями, превышающими возможности нашего оборудования. Мы надеемся, что она сумеет что-то прояснить.

– Звучит отлично, – пробормотал Питер. Его голова свесилась на плечо.

– Питер. Эй, – послышался голос Нила. Питер приподнял голову. Нил прижал руку к барьеру – хотя казалось, словно он просто держит ее в воздухе. – Не отключайся, ладно?

– Я не отключаюсь, – возразил Питер. – Мне еще два года держать твой поводок.

– Рад это слышать, – сказал Нил. – Тренировать другого агента ФБР слишком хлопотно.

Суета среди агентов БКМ возвестила о прибытие высокой женщины в зеленой одежде. В отличие от некоторых металюдей, она не делала попыток скрыть свою природу; если зеленого спандекса и плаща было бы недостаточно, тонкие, как у бабочки, усики на висках определенно ее выдавали. Ее блестящие черные волосы были перехвачены у шеи заколкой.

– Питер Бёрк? Я доктор Виас. Люди также зовут меня Сканер. – Она слегка коснулась барьера рукой в печатке. В отличие от остальных, она нашла его без проблем. – С вашего разрешения, я быстро просканирую вас и вашу тюрьму, хорошо?

Питер кивнул. Ее зрачки расширились, заполнив всю радужку, а усики полностью развернулись. Питер заметил второй набор, поменьше, полускрытый волосами. Потом ее глаза вернулись в норму. Она выглядела удивленной.

– Это вы делаете, – сказал она.

– Что? – послышалось сразу несколько голосов. Возможно, один принадлежал ему.

– Оно метафизическое по природе. Поэтому не подчиняется всем известным законам физики. Вы сами его создали, агент Бёрк. Вам придется пожелать, чтобы оно исчезло.

– Но я… я не мета, – запротестовал Питер. – Я из ФБР! Нас проверяют. Я прошел все возможные тесты, и получил везде негативный результат.

– Возможно, этот порошок активировал способность, которой раньше не было, – предположила доктор Виас. – Такое случалось прежде. Возможно, я и ошибаюсь, но поскольку ничего больше не сработало, разве вы теряете что-то, попытавшись мысленно деактивировать его?

– Я понятия не имею, как это сделать, – Питер осторожно попробовал подумать «выключись». Ничего не произошло. Через минуту он осознал, что ему трудно даже заставить себя попробовать из страха, что это на самом деле сработает – как бы он не хотел выбраться, если щит исчезнет, все находящиеся на складе останутся беззащитными перед зеленым порошком.

– Чувствуете что-нибудь? – спросила доктор Виас.

– Не знаю, – сказал Питер. – Вы уверены, что это хорошая мысль – чтобы я просто… пожелал, чтобы оно исчезло, даже если могу? Я весь в этой пыли, а вы пока не заражены. Возможно, щит здесь не просто так.

Нил, Диана и Джонс ошарашено переглянулись.

– Питер, думаю, она права, – сказала Диана. – Ты боишься, что эта пыль попадет на нас, поэтому сдерживаешь ее. Не знаю, как.

– Это немыслимо. – Хотя теперь, когда они это произнесли, он начал задумываться. Помимо боли в сломанной руке, большая часть его дискомфорта не слишком отличалась от напряжения и стресса после длительного физического упражнения и упадка сил после выброса адреналина, хотя на порядок сильнее. Может, он действительно держал щит одной силой воли, или скорее, тревогой за свою команду.

Интересно, что произойдет, если он потеряет сознание. Щит упадет? Или он просто продолжит держать щит, пока это его не убьет…

В любом случае, казалось, он это скоро узнает. Перед глазами уже плясали черные точки.

– Ребята, – сказал он. – Можете отойти назад? Может, если вы будете подальше, не будет такой острой необходимости ограждать вас.

– В любом случае, неплохая идея, – коротко сказала агент Реган. – Наша команда спецреагирования готова, но нужно увести из зоны поражения гражданских.

Все отошли – его команда тревожно оглядывалась – и через минуту остались только агенты БКМ в защитных костюмах. К тому моменту это оказалось совсем не впечатляюще: он не ощутил изменения, но легкий ветерок взъерошил ему волосы, и кольцо БКМщиков сомкнулось вокруг него.

***


В углу склада установили палатку для дезинфекции, где тщательно его обеззаразили – это было особенно весело со сломанной рукой, – но в остальном он начинал чувствовать себя лучше, что укрепило идею, что он сам держал щит. Он очень старался не думать об этом. В основном он надеялся что теперь может получить кровать, стакан воды и обезболивающие, не обязательно в таком порядке, но вместо того, чтобы посадить его в ожидающую машину скорой, его запихнули в вертолет.

Питер не сразу осознал, что его везут не в больницу, а в главное отделение Бюро Контроля Металюдей на севере города.

– Я арестован? – спросил он, съежившись у переборки. Его снова начинало трясти, боль в руке въелась глубоко в кости.

– Нет, разумеется, нет, – заверила агент Реган. – Просто мы считаем, что только что проявившимся метам лучше провести первые несколько часов в отделении БКМ, на случай непредвиденных трудностей с управлением их способностями. Там есть и лазарет.

Только что проявившийся мета. Это я. Он все еще не представлял, как это осознать, как включить в свое самовосприятие. Не то чтобы у него были проблемы с метами, вовсе нет, он знал, что никто не выбирал быть таким (ну, за исключением отдельных случаев манипуляций с генами), и большинство из них казались вполне нормальными людьми, с учетом всех обстоятельств. Но… это было не он. Когда другие дети играли в «супергероев и суперзлодеев», Питер играл в «шериф ловит грабителей банка». Ему нравилось быть обычным, непримечательным Питером Бёрком.

Но он почувствовал себя немного лучше, когда ему загипсовали руку и перевязали голову, дали долгожданные обезболивающие и отвезли в огромную личную палату с обедом или, возможно, ужином. И еще лучше, когда открылась дверь и появилась Элизабет с бейджиком посетителя.

– Потрясающее место, – сказал она, поцеловав его. – И ужасающее. Могу только догадываться, чем они здесь занимаются. Они очень постарались, чтобы я не приближалась ни к каким запертым дверям. Кстати, Нил расстроен, что не может тебя навестить вне его радиуса.

– Переживет, – сказал Питер. – Я здесь всего на одну ночь.

По крайней мере, так ему сказали агенты БКМ. Он заверил себя, что у них нет причин ему лгать.

– Ты правда… – начала Эл и помедлила.

– Не знаю, – сказал Питер. – Это случилось всего раз.

Еще он очень старался не думать об этом, потому что понятия не имел, что вызвало это в первый раз, и боялся, что это случится снова и задушит его или поранит кого-нибудь. Часть его хотела всё проанализировать и выяснить, как он это делал, но в основном он просто хотел, чтобы это ушло.

Элизабет поняла, что это больная тема, и болтала о пустяках, таская с его тарелки морковь. Она не задавала ему вопросов, а значит, наверняка услышала всю историю от Нила или других агентов.

– Хочешь я останусь на ночь, дорогой? Наверное, мне удастся их уговорить. А если нет, уверена, наш адвокат поможет…

– Не думаю, что это нужно. Просто иди домой, прогуляй собаку и проведи нормальный вечер. Можешь позвонить мне перед сном.

Когда она ушла, комната показалась пустой и огромной. Эл принесли ему пару журналов с кроссвордами и детектив, который он читал, но он не мог сосредоточиться. Питер встал, подошел к окну и чуть приподнял жалюзи. Он был на четвертом или пятом этаже и смотрел на большой двор, где, похоже, тренировались агенты БКМ. Занятие вела метачеловек, судя по тому, что она светилась и парила в воздухе. Посмотрев немного, Питер осознал, что препятствиями в этом курсе служили в основном проектируемые ей иллюзии.

Это может быть твоей жизнью, подумал он, потом передернулся и отвернулся. Он не хотел, чтобы это было его жизнью. У него уже была жизнь, и жена, и собака, и работа.

Вечером ему вернули телефон. Он не знал, для чего его забирали на пять часов, но, по крайней мере, теперь смог позвонить Эл, и они болтали какое-то время, пока она мыла посуду. Едва он закончил разговор, как позвонил Нил.

– Как с тобой обходится тюрьма? – радостно спросил он.

– Я не в тюрьме, Нил. Я могу уйти в любой момент.

– Да ну? А ты пытался?

– И еда здесь лучше, – продолжил Питер, не поддаваясь на провокацию. – Ты позвонил, только чтобы меня доставать?

– Я бы пришел, чтобы подоставать тебя лично, но, знаешь. Браслет.

– Будем считать, что в данном случае дорого внимание, – сказал Питер. – Все остальные в порядке? Ни у кого не появилось побочных эффектов?

– Нет, – ответил Нил. – Нас обеззаразили, и та дама с усиками как у бабочки просканировала нас и сказала, что мы можем идти. А у тебя правда теперь есть суперспособности? – с надеждой в голосе спросил он.

– Да, видимо, теперь у нас есть что-то общее. Не задирай нос.

– Я просто считаю, что это отличная суперспособность, создавать силовые поля, – сказал Нил. – Очень в твоем духе. У тебя будет супергеройское имя? Ну, например, можешь назваться Щитом, потому что твой значок тоже похож на…

– Я не супергерой, и я не хочу кодового имени. Завязывай.

– Я голосую за Щита.

– Никто не голосует. Никаких голосов и никаких кодовых имен. Спокойной ночи, Нил.

***


Утром ему принесли завтрак и начали прогонять тесты – ничего пугающего или неприятного, стандартный набор: томограммы и ЭКГ. Потом у него была консультация со штатным врачом БКМ, который рассказал, что в части мозга Питера, ответственной за генерацию метачеловеческой энергии, наблюдается необычная активность.

– Так это правда, – сказал Питер, уставившись на яркие оранжевые, красные и голубые пятна. – Я – мета.

– Похоже на то, – сказал доктор. – Над объяснением все еще работают, хотя это определенно связано с зелеными кристаллами, воздействию которых вы подверглись. У вас были другие симптомы или проявления с прошлой ночи?

Питер покачал головой. Доктор сделал пару заметок и сказал, что скоро подойдет терапевт поговорить с ним.

– Мне не нужен терапевт, – начал было Питер, но никто его не слушал.

Оказалось, что в данном случае терапевт означал что-то вроде физиотерапевта. Это оказался пожилой мужчина в гавайской рубашке, чья работа, видимо, заключалась в том, чтобы познакомить Питера с его способностями.

– Здесь сказано, что вы создаете силовые поля.

– Один раз, – сказал Питер. – Одно поле. Единственное число.

– Почему бы нам не попытаться создать очень маленькое силовое поле в центре этой комнаты?

– Это правда хорошая идея?

– Вы боитесь причинить людям вред своими способностями, – сказал терапевт. Питер, безуспешно попытавшись оценить последствия различных вариантов ответа, осторожно кивнул. – Это нормально. Даже хорошо. Значит, более вероятно, что вы разумно будете пользоваться своей силой.

Питер задумался, как возможно с такой силой быть безответственным. Создать дорожное заграждение посреди Пятой Авеню ради забавы, может быть? Он попытался представить, как бы Нил использовал возможность генерировать силовые поля. Воображение мгновенно вернуло множество вариантов: хождение по невидимым тропкам по воздуху, удержание открытыми дверей, чтобы не активировался замок, создание невидимых стен, чтобы не пускать в здание полицию…да уж, хорошо, что не Нил упал в зеленые кристаллы. Ему с лихвой хватало и периодически невидимого консультанта.

– Давайте попробуем создать очень маленькое силовое поле, – снова сказал терапевт и поднял зажатый между пальцами карандаш. – Посмотрим, удастся ли вам помешать мне подвинуть карандаш?

Как только Питер смог расслабиться, в мозгу словно щелкнул переключатель. Он думал, что будет тяжело - но нет. После того, как он создал и уничтожил несколько небольших щитов, он начал ощущать их: тяжело объяснить, словно небольшая теплая точка в воздухе, которую он ощущал через комнату.

Через полчаса у него разболелась голова и он слегка взмок; и еще хотелось пить.

– Ну, это же упражнения, – заметил терапевт. – Вам мозг сжигает больше энергии, чем все прочие части тела; просто обычно вы этого не замечаете. Как считаете, сможете продолжать самостоятельно?

Питер сказал, что да, наверное, так что терапевт посоветовал ему пару ежедневных упражнений для улучшения точности и дальности. Питер пообещал их делать; ему совсем не хотелось снова случайно застрять в щите.

– Не вижу причин не допускать вас к работе, если ваше физическое состояние это позволяет, – сказал терапевт, кивнув на руку Питера в повязке. – Ваша способность не отличается большим потенциалом для случайных травм – не то, что, например, способность воспламенять предметы или чтение мыслей.

Питеру пришло в голову, что всё могло быть намного хуже. Из всех неожиданных случайных способностей, которые могли у него проявиться, это, пожалуй, была одной из самых безобидных.

– И я ожидаю, что вы запишитесь в реестр зарегистрированных героев, – сказал терапевт, занеся руки над клавиатурой ноутбука.

– Я… наверное, – сказал Питер. Он всегда ощущал смутное раздражение, что Нил не позволяет просто зарегистрировать себя, черт побери. Это избавило бы их обоих от головной боли, а Нила перестали бы принимать за суперзлодея или хуже.

Но теперь он начинал понимать, почему Нил так упорно сопротивляется. Знать, что вся твоя личная информация записана и тебя в любой момент, в случае угрозы планете Оранжевого уровня или выше, могут призвать на службу с обвинением в измене в случае отказа, было очень неуютно.

Не упоминая неминуемых звонков от различных команд супергероев, пытающихся завербовать его. Он слышал об этом. Очевидно, они еще назойливее телемагазинов.

Но он сказал себе, что подписаться – Правильная Вещь; его обязанность как человека, обладающего сверхспособностями – использовать свои способности во благо другим.

– Да, – сказал Питер. – Да, конечно.

***


На самом деле, ничего особо не изменилось. Питер был раздражен собой, когда ощутил по этому поводу даже некое разочарование. В первый день после возвращения на работу всем было любопытно – слухи распространились по зданию, и казалось, что знают даже уборщики – и к нему продолжали подходить и просить посмотреть, как он создает щиты. Их интерес мгновенно угасал, как только они узнавали, что его щиты неразличимы, пока кто-то на них не наткнется. После первой волны любопытства всё практически вернулось к привычной рутине – по крайней мере, для большинства.

Позже он случайно узнал, что двое агентов из отдела по розыску пропавших пострадали от деликатно названного Джонсом «казуса в уборной»; кажется, это было связано с тем, что Нил случайно услышал, как они обсуждали Питера. Питер вздохнул и поманил Нила в свой кабинет.

– Нил, оставь агентов в покое и перестань делать вещи, которые влияют на их способность выполнять свою работу.

– Не понимаю, о чем ты, – сказал Нил. Питер прижал его взглядом. Нил сдался:

– Питер, они засранцы. Здесь многим не нравятся люди, которые… ну, одним из которых ты сейчас стал.

То есть, и люди вроде Нила. Питер сдвинул брови, заволновавшись.

– С тобой это часто случается?

– Нет, – чуть слишком поспешно ответил Нил.

– Нил.

– Слушай, это в основном мелочи, знаешь? Они просто отпускают колкости или не хотят садиться за один столик в столовой - в основном это ерунда. Просто я подумал, что этим парням стоит выучить урок об уважении других агентов.

– Это не тебе решать, – сказал Питер. – Если услышишь что-нибудь, о чем я должен знать, просто скажи мне, понял?

– Мне Диана помогла, – пробормотал Нил.

О, прекрасно, так это заговор.

– В этом случае, когда вернешься за свой стол, передай Диане, что я хочу ее видеть?

Нил пробормотал что-то и встал, ухватив по пути шляпу.

– О, и Нил? – Когда Нил повернулся в дверях, Питер сказал: – Если еще кто-то будет к тебе цепляться, скажи мне, и я что-нибудь сделаю. Устраивать мелочные розыгрыши в отместку – неправильно.

– Так не выйдет, – сказал Нил. – В смысле, обычно это не то, о чем стоит писать жалобу.

– Я не говорил, что буду писать жалобу.

Нил приподнял брови и нахлобучил шляпу.

– Только я подумал, что совсем тебя раскусил, Питер.

– Надеюсь, ты никогда меня не раскусишь.

***


Питера не допускали до оперативной работы, пока не зажила рука, что предоставило ему много свободного времени. Он продолжал практиковаться в доме с охотной поддержкой Элизабет и постепенно научился более точно управлять своими щитами. Он мог делать их большими и маленькими, мог поддерживать предметы в воздухе и даже поднимать и переносить что-то не очень большое (хотя это было сложно – словно поднять шарик трехметровыми палками, и после он чувствовал себя как выжатый лимон).

Еще у него оказался гораздо больший радиус, чем он предполагал. Чтобы проверить это, они с Элизабет отправились в Центральный парк, и Питер обнаружил, что может генерировать щиты, насколько хватает глаз – и, ему казалось, даже дальше. Элизабет вызвалась проверить, направившись в южный конец парка, пока Питер оставался в северном.

– Ладно, дорогой, – сказала она по телефону. – Давай.

Очень короткая пауза, пока Питер сконцентрировался, и она сказала:

– Ух ты. Э-э. Получилось, но не думаю, что стоит это повторять.

Питер поспешно уничтожил щит.

– Что? Почему?

– Потому что ты только что отломил ветку с декоративного кизила.

После этого он дико боялся создавать щиты за пределами поля зрения. Испытания дома – с участием особенно уродливого блюда для торта, подаренного родителями Эл – показали, что он не может намеренно разрезать что-то щитом. Пока он смотрел на предмет и знал, что он есть, щит аккуратно формировался вокруг предметов, а не сквозь них. Но на расстоянии это срабатывало не всегда.

Нил наслаждался, наблюдая за его тренировками. Он стал заскакивать на огонек просто посмотреть. Иногда Питер ощущал в нем почти собственническую гордость, словно Нил был лично ответственен за то, что Питер стал метачеловеком.

Питеру определенно казалось, что Нил очень счастлив, что теперь это у них общее. Ну, по крайней мере, один из них получал удовольствие.

Не то чтобы он это ненавидел, или его жизнь значительно изменилась. Просто это было…странно. Как привыкание к неожиданной поздней смене религии или внезапному разводу. Все его самоизображение слегка покосилось, и, продолжая вести свою обычную жизнь, невольно он ощущал себя странно, словно что-то было слегка неправильно.

И слухи о спаме не были преувеличены. Занесенному в реестр супергероев приходили не только глянцевые рекламные брошюры от организаций с названиями вроде "Супербратаны" или "Спасатели Инкорпорейтед" или Мета Братья и Сестры". Еще Питера и Элизабет завалила гора писем от некоммерческих организаций, борющихся за права металюдей, организаций, обещавших излечение, научных институтов, пытавшихся найти добровольцев-мет для различных исследований, организаций, протестовавших против регистрации, других организаций, пытавшихся покончить с дискриминацией суперзлодеев, и тому подобное.

И еще оставалась возможность, что его могут призвать на службу. Питер думал об этом бессонными ночами, лежа рядом с Эл и глядя в темноту. Он сделает это, разумеется. Он бы сделал это, даже если бы не был обязан. Потому что это было правильно и должно и ответственно.

Но ему приходилось признать, пусть даже только себе, как это его пугало. С плохими парнями с пистолетами он мог справиться. С плохими парнями, швыряющими молнии и управляющими разумом… инопланетными кораблями с лучами смерти… бесформенными монстрами из других измерений… он даже не представлял, как с этим справляться.

Будем надеяться, сказал он себе, ты никогда не узнаешь.

***


Впервые Питер использовал свои способности в поле совершенно случайно. Это было его первое дело после возвращения к оперативной работе. Они спланировали операцию, чтобы взять банду похитителей драгоценностей. Нил изображал перекупщика. Все шло отлично, пока команда Питера не начала задержание, и тогда один из членов банды вдруг выхватил пистолет и выстрелил в Нила.

Казалось, время замедлилось. Питеру казалось, что он продирается сквозь желе; он был слишком далеко, чтобы помочь, слишком далеко, чтобы сделать хоть что-то. Нил нырнул вбок, исчезая из виду, и пуля отскочила от воздуха и разбила витрину с драгоценностями. Питер на чистом автопилоте обезоружил стрелявшего ударом по запястью.

– Нил! – крикнул он. На полу не было крови. Он только начинал воспринимать события и осознавать, что инстинктивно создал щит. А раз выстрел был только один, он должен был успеть…

Нил проявился в совершенно другом месте. Он был очень бледен и тяжело дышал, но Питер видел, как он мгновенно начал закрываться маской.

– Видимо, плохой из него стрелок, – сказал он и, заметив осколки стекла на полу, добавил: – …очень плохой стрелок. Питер, ты закрыл меня щитом?

– Похоже на то, – сказал Питер, рывком заводя руки подозреваемого за спину и без нежностей застегивая наручники. Выстрел был направлен Нилу в голову.

– Ну… спасибо, – Нил снял шляпу и провел рукой по волосам. Питер стоял к нему достаточно близко, чтобы разглядеть тонкий слой пота. Пуля просвистела на волосок от него, а Нил не любил оружие и в лучшие времена.

– В следующий раз, – добавил Нил с легкомыслием, которое, Питер видел, было напускным, – может, ты мог бы это сделать чуточку быстрее?

Питер не отреагировал. Ему не нравилось, насколько это было близко. И теперь его ждала бумажная работа, и не только про Нила – к этому он уже привык – но и про себя. Форма 2014B, использование метачеловеческих способностей в полевых условиях.

Может, на сей раз он сбагрит бумажную работу Нилу.

***


Но он не мог выкинуть это из головы. Они были на волосок от непоправимого. Он должен был успеть разрядить ситуацию, прежде чем Нил едва не получил пулю в голову. В конце концов, он – профессиональный агент ФБР. Более того – профессиональный агент ФБР с суперспособностями.

Может, настала пора перестать притворяться, что у него их нет, и начать их использовать. Даже если это означает лишнюю бумажную работу.

Вместо того, чтобы просто практиковаться со своими силами в общем, он начал пробовать специфические упражнения: создавать и уничтожать щиты с максимальной скоростью и удерживать щит, занимаясь другими делами. Он все еще не мог достаточно точно их контролировать, чтобы использовать для нападения: теоретически он был способен, например, выбить у бандита из рук оружие с другого конца комнаты, но на практике боялся, что вместо этого оторвет ему голову.

Но по крайней мере он должен уметь защитить свою команду.

Он боялся пробовать это в поле, сперва не попрактиковавшись, так что в субботу позвонил Нилу, Диане и Джонсу и попросил встретиться с ним в Центральном парке.

Когда он туда приехал, трое тихо переговаривались. Питер нахмурился при виде рубашки и брюк Нила.

– В смс говорилось "Оденься повседневно".

– Это настолько повседневно, насколько я готов показаться на публике.

– Ну, – сказал Питер, потянувшись в пакет, – надеюсь, ты не возражаешь намокнуть.

Он достал четыре водяных пистолета и раздал три своей команде, которые таращились на него в сплоченном неверии.

– Да, верно. Вы должны в меня попасть. У меня в машине есть полотенца на потом. Только одно но. – Питер направил последний пистолет в небо и нажал на курок, выпустив струйку воды. – Я буду отстреливаться.

Они весело провели день, бегая по парку, прячась за деревьями и в целом проверяя способности Питера поднимать и поддерживать щиты, будучи под огнем. Нил особенно веселился, поскольку его способность позволяла ему стоять посреди лужайки и окатывать каждого, оказавшегося близко. Впрочем, скоро точно поставленным щитом Питер заставил Нила облить самого себя.

Скоро они полностью вымокли и задыхались от смеха. Питер купил им мороженое; он посчитал, что это меньшее, что он может сделать, если просит их провести выходной, получая струями воды в лицо. Впрочем, похоже, никто не возражал. Даже Нил прекратил жаловаться на промокшую одежду.

***


В последующие выходные занятия продолжались в других местах. Питер разрешил им не приходить, если не хотят – вряд ли было честно ожидать, что его команда будет тратить все выходные, помогая ему тренироваться – но они все равно показывались.

– Ты слишком много думаешь, Питер, – сказал Нил после одной из тренировок. В этот раз они были только вдвоем на заднем дворе Бёрков. Нил бросал горсти риса, а Питер щитами пытался отражать рисовые зернышки как снаряды в мишень, которую они установили за крыльцом. Они тренировались, пока Питер не начал валиться с ног, а Нил – умирать со скуки и делать невидимыми отдельными части тела (руки, уши, большую дыру в центре груди), зная, что Питер ненавидит, когда он так делает.

Питер налил им по бокалу лимонада со льдом из принесенного Эл кувшина. Он заметил, что руки у него дрожат. Вероятно, Эл выбрала лимонад неслучайно: он содержал сахар и электролиты, а Эл давно поняла, что использование способностей отнимает много сил.

Но сегодня она наблюдала только чуть-чуть, а затем тихо исчезла в доме. По мере того как тренировки Питера становились все более военнонаправленными, Эл незаметно отстранилась от помощи. Питер еще не понял, просто ли она оставляла его боевую подготовку людям с большим опытом в этой области, или же не одобряла.

Нил взял предложенный бокал, но приподнятые брови дали понять, что он ждет ответа. Питеру пришлось отмотать разговор назад, чтобы вспомнить, о чем шла речь. Он действительно устал.

– Нил, я не буду рисковать и использовать свои способности в ситуации, где под угрозой жизни, пока не научусь компетентно их использовать.

– Ты давно научился, – сказал Нил. – Сейчас ты похож на человека, который не уходит с полигона, пока не сможет попадать очередью точно в яблочко, а потом отодвигает мишень дальше и тренируется снова, а потом еще дальше - потому что, очевидно, нельзя пользоваться пистолетом на заданиях, пока не станешь каким-то мифическим суперснайпером.

Питер фыркнул.

– Что, одна из твоих фальшивых степеней - по психиатрии, доктор Кэффри?

– Нет, но я знаю людей, помнишь?

И Питер прекрасно знал, что за годы игры в кошки-мышки доскональное изучение шло в обе стороны. Пусть он был лучшим экспертом в мире по Нилу Кэффри, но у него было неуютное ощущение, что и у Нила был эквивалент докторской степени по Основам Питера Бёрка.

– Так я должен просто броситься вперед очертя голову, без плана и без подготовки, – Питер вздохнул и прижал к ноющему лбу холодный стакан. – О чем я – я забыл, с кем разговариваю. Очевидно, это твой совет для чего угодно.

– Питер, ты можешь тренироваться и тренироваться, но ты не знаешь, в какую ситуацию попадешь, и никогда не можешь контролировать все переменные. Когда-то тебе придется импровизировать.

– Импровизировать, - без выражения повторил Питер.

Нил ухмыльнулся.

– Я всё равно считаю, что ты должен назваться Щитом.

– Я не супергерой, Нил. Я агент ФБР, у которого есть определенные способности – даже способность, вообще-то. Единственная.

– Если вы закончили, – позвала Эл через открытую кухонную дверь, – надеюсь, вы собираетесь подобрать рис. Неочищенный рис вреден для птиц.

***


Питер не вполне готов был признать неприятную возможность, что Нил мог оказаться прав, но решил осторожно поискать возможности применить свои способности в поле. В основном это лишь заставило его осознать, что способность создавать щиты не слишком полезна при расследовании преступлений белых воротничков. Вот чтение мыслей - другое дело.

Но кое-какие мелочи ему удавались. Диана смахнула локтем кружку с кофе, и Питер поймал ее с другого конца комнаты (внезапно появившийся щит спас кружку, но половина кофе выплеснулась ей на колени, что не внушило ей любви к Питеру до конца дня. Нил счел это уморительным).

В другой раз он помешал сбежать паре подозреваемых, поставив невидимую стену в двух сантиметрах от носа машины, когда они завели двигатель. Они нажали на газ и смяли передний бампер о щит. Пока они пытались понять, что произошло, Питер поставил позади машины второй щит, а потом, на всякий случай, обернул еще один вокруг дверей. Когда они добрались до машины и заковали в наручники совершенно растерянных подозреваемых, он задыхался от напряжения, но довольный Нил одобрительно усмехнулся ему.

– У тебя идеальная ненасильственная способность, – сказал Нил потом в машине, пока Питер представлял грядущую бумажную работу и раздумывал, стоило ли оно того. – Ты можешь просто накрыть кого-то щитом и держать на месте, пока не прибудет ФБР. Или надеть невидимые наручники. Никаких больше пистолетов.

- Нет, не могу. Мой контроль не настолько хорош. Я могу отрезать им руку или задушить.

Все же в словах Нила был смысл… согласующийся с тем разговором на заднем дворе. Питер осознал, что должен думать нестандартно, чтобы найти способы использовать свои новые способности в поле. Можно не дать открыть дверь аккуратно поставленным щитом, например.

Но вышло так, что ему не выпало шанса попробовать. На следующий день посреди оживленного мозгового штурма с участием всей команды, телефон Питера издал сигнал, который он никогда прежде не слышал, похожий на федеральный сигнал оповещения о чрезвычайной ситуации. Все находящиеся в комнате подскочили.

Питер поглядел на телефон. Экран стал красным, и на нем светилось сообщение: Тревога красного уровня. Незамедлительно явитесь в ближайший пункт сбора.

Питер уставился на ровные строчки. Вот оно. Его на самом деле призывают на службу. Это казалось нереальным. Он пялился на ярко-красный экран, рассеяно раздумывая, специально ли выбрали этот цвет, чтобы вызывать панику. На него это точно действовало. В последний раз он ощущал тот же уровень звенящей пустоты в голове и я не знаю, что делать…когда? Может, когда порвал связки, играя в бейсбол после колледжа: вспышка боли и жара, сменившаяся медленно распространяющимся ужасом.

– Питер? – сказала Диана, и, подняв глаза, он осознал, что все смотрят на него с различными степенями непонимания и беспокойства.

– Я в порядке, – сказал он. – Все нормально, я… – он заставил себя сосредоточиться, сконцентрироваться. У тебя есть обязанности, Бёрк, не отрубайся. – Диана, тебе придется возглавить дело по подделке Лингенхоффа. Все мои заметки в папке на столе. Джонс, завтра ты даешь показания по ограблению ювелирного в центре…

Они постепенно начали понимать, по одному. Нил первым, разумеется, на его лице мелькнул ужас и шок. Скоро эти чувства более приглушенно отразились на остальных лицах, одном за другом, пока Питер продолжал раздавать инструкции.

Так он раздал все свои текущие дела. Что еще нужно сделать? Могу я позвонить Элизабет? Обычно он был воплощением девиза "будь готов", но подготовиться к такому было невозможно. Покидая БКМ, он получил брошюру, хотя в ней содержалось больше патриотических слоганов и картинок с улыбающимися людьми в спандексе, чем полезной информации. Еще он ознакомился с базовой процедурой на правительственных сайтах. Ближайший пункт сбора находился в их же здании – один из плюсов работы в федеральном агентстве.

– Есть вопросы? – спросил он, окидывая взглядом комнату. Все молчали. Нил вообще казался застывшим. – Хорошо, тогда, это… да. – Он кивнул им, забрал пиджак и вышел, прежде чем кому-нибудь в голову придет умная мысль попрощаться.

За спиной раздался нарастающий гул голосов. Проходя через зал, он ощутил дуновение ветра, но не осознал, что это, пока перед ним не материализовался Нил, небрежно положив руку на ведущую к лифту стеклянную дверь. Небрежная поза Нила была бы более убедительна, если бы не тяжелое дыхание и взъерошенные волосы; видимо, он пробежал через зал невидимым, чтобы опередить Питера. С жестом "после тебя" он открыл двери. Пройти через них требовало меньше усилий, чем спорить.

Нил последовал за ним к лифту.

– Нил, – вздохнул Питер. – Ты ведь знаешь, куда я иду?

– Знаю, – ярко улыбнулся Нил. – Я никогда еще не испытывал сигнала тревоги как супергерой. Подумал, что пойду с тобой и погляжу, на что это похоже.

Подъехал лифт, Питер вошел в кабину, Нил тоже проскользнул внутрь. Питер ткнул в кнопку «Открыть двери».

– Нил, ты не можешь. Ты не…

– Не что? – отчасти гневно спросил Нил. – Не записывался в их федеральный реестр "героев"? – в его голосе ясно слышались саркастичные кавычки. – Это обязательное требование, чтобы помогать спасти планету?

– Ну, нет, но… – двери начали закрываться. Питер снова нажал «открыть двери». Почему совесть Нила всегда просыпается в самый неподходящий момент? – Раньше тебя это никогда не интересовало. Что изменилось?

Нил мгновение выдерживал взгляд Питера, но сломался первым.

– Ты знаешь, что изменилось, – пробормотал он, отводя глаза. – Обязательно это вслух говорить? Это и твой первый раз.

Двери снова закрылись, и в этот раз Питер не успел их остановить. Поскольку он не выбрал этаж, лифт остался на месте. Питер сделал глубокий вдох и нажал кнопку третьего этажа, где находился пункт сбора.

– Ты будешь делать точно то, что тебе говорят, всё время, – сказал Питер, и Нил со щенячьей надеждой вскинул на него глаза. – Ты не будешь нарушать конфиденциальность, ты не будешь ничего красть, ты не будешь бродить в одиночку без моего разрешения…

Он попытался представить, какие еще правила могут оказаться необходимы. Ситуации, где Нил мог попасть в беду (или быть убитым, прошептал тоненький голосок в затылке) в эпицентре вторжения из другого измерения или нападения суперзлодеев или еще чего, не поддавались исчислению.

– Я всё это сделаю, – пообещал Нил.

Питер прикусил губу, проглатывая все остальное, что хотел сказать, но когда они выходили из лифта, сказал:

– Спасибо.
***

Сборочный центр оказался самым обычным конференц-залом на третьем этаже. Дверь была не заперта, и свет включен, но внутри – ни единой души. Нил, обойдя помещение и убедившись, что там нет ничего интересного, кроме стандартной офисной мебели, начал вытаскивать из-под стола стулья и вращать их.

Дверь приоткрылась, и появились две девушки. Питер смутно помнил их, обе работали в почтовом отделе.

– О! – воскликнула та, что пониже, с хвостиком. – Агент Бёрк? Я не знала, что вы метачеловек.

– Это недавно выяснилось, – смущенно сказал Питер.

Девушек звали Эмили и Арпита. Нил, разумеется, тут же их очаровал.

– Что вы умеете? – спросил он.

– Я парю, – сказала Арпита и продемонстрировала, взлетев на полметра над полом.

– Вы умеете летать? – пришел в полный восторг Нил. – Вот это было бы полезно.

Питер благоразумно не стал уточнять, для чего, по мнению Нила, это могло бы быть полезно.

Арпита вспыхнула.

– Парить, – поправила она. – Я, э, боюсь высоты. Могу подняться только на метр, прежде чем оно перестает работать. – Она подтолкнула Эмили. – Покажи им, что ты умеешь.

– Я изменяю цвет предметов, – с гордостью заявила Эмили. Она провела рукой перед грудью, и ее зеленая блузка стала синей. – Могу покрасить вам волосы, если хотите.

– Мне покрасила, – сказала Арпита, махнув на светлую прядь в каштановых волосах. – Хорошо для закрашивания седины, – добавила она, покосившись на Питера.

– Нет… нет, думаю, мой цвет волос меня вполне устраивает, спасибо, – сказал Питер. Он обменялся взглядом с Нилом и понял по выражению его лица, что их мысли были если и не идентичны, то двигались по одному пути. Они просто дети. Дети без опыта и подготовки, если по опыту Питера можно было судить, которых все равно готовы были послать на войну.

От злости у него перехватило дыхание.

Нил еще раз взглянул на Питера, уловил его настроение и спросил:

– А вы уже придумали себе супергеройские имена?

– Думаю, я назовусь Колибри, – сказала Арпита и снова зависла в воздухе. – Вам нравится?

– А я не знаю, – сказала Эмили. – Сложно придумать имя, которое включает цвет и не кажется смешным.

– Хроматика, – предложила Арпита. Эмили сморщила носик.

В следующие полчаса никто из официальных лиц так и не появился, хотя подошли еще люди: бармен из кофейни внизу по улице, нервный адвокат, случайно оказавшийся в здании ФБР, когда прозвучала тревога, турист из Миссури, также застигнутый тревогой вдали от своего сборочного центра. Когда минуты текли, и никто не озаботился сообщить им, что делать, или хотя бы признать их присутствие, Питер начал закипать. Что за организация собирает с улиц случайных, неподготовленных гражданских и даже не дает им больше инструкций, чем «идите сюда и ждите»? О, кто-то об этом услышит, на самом верху командной цепочки, если понадобится.

По крайней мере, у него появилась возможность позвонить Элизабет. Адвокат уже звонил своей жене, а Арпита – жениху. Питер удалился в относительно уединенный угол зала совещаний и нажал кнопку быстрого набора.

– Привет, дорогой, – послышался ее оживленный голос. – Как дела?

Питеру пришлось сделать паузу и привести в порядо мысли. Я в порядке, а ты? собирался сказать он, но… разумеется, она была в порядке – она не представляла, что что-то происходит. На фоне не слышалось звуков паники или криков. Разумеется, нет. Вне этой комнаты мир шел своим чередом.

Вот только над ним нависла страшная угроза. Они бы не получили сигнала красной тревоги – самый высокий уровень, согласно брошюре – не угрожай им что-то чудовищное. Значит, Элизабет в ужасной опасности, даже если этого не знает. И Диана, и Джонс, и его родители, и родители Эл, и сосед через дорогу, который вечно одалживает у него инструменты, и старые приятели из колледжа, с которыми он изредка переписывается…

Нил, будучи Нилом, заметил взгляд на его лице и поспешно толкнул ему навстречу кресло. Питер плюхнулся в него.

– Питер? – теперь в голосе Эл слышалась легкая тревога из-за его продолжающегося молчания.

– Привет, дорогая, – сказал Питер, и хотя ему казалось, что его голос звучит как обычно, настала ее очередь на миг замолчать.

– Ты получил сигнал тревоги? – спросила она.

– Как ты это делаешь?

– Не знаю, что-то в твоем голосе… Питер, серьезно?

– Да, – сказал он. – Я в местном сборочном центре. Он в здании ФБР.

– Ты знаешь, что это? В смысле, угроза.

– Нет. – Он некомфортно осознавал, что, даже если бы знал, не имел бы права ей сказать – по крайней мере, законно. С другой стороны, ему никогда не удавалось скрывать секретную информацию от Эл, особенно такую, которую, по его мнению, она имела право знать.

– Я должна что-нибудь сделать?

– Не знаю. Жди. Может, собери сумку – так ты будешь готова, если вдруг последует приказ об эвакуации.

Эвакуации с Земли? Ну, так у нее хотя бы будет чем заняться.

– Прямо сейчас? – спросила Эл. – Я могу пойти домой, Ивонна тут присмотрит…

– Нет, нет, думаю, ты должна провести день как обычно.

Особенно если это будет ее, и всех остальных, последний день на Земле… нет, прекрати, мозг, ПРЕКРАТИ.

– Хорошо, – сказала Эл. – Дорогой, ты знаешь, сколько… в смысле, ты сможешь позвонить или…

– Не знаю. – И незнание заводило его сильнее всего. Если бы он хотя бы представлял, чего ожидать... – Я свяжусь с тобой, как только смогу.

– Хорошо, – ее голос упал почти до шепота. – Люблю тебя, дорогой.

– И я тебя.

Питер повесил трубку и на мгновение закрыл лицо руками.

– Элизабет в порядке? – тревожно спросил Нил. Питер поднял глаза.

– Да, да, она в порядке, все в порядке. Все считают, что это просто обычный день.

– О. – Нил прислонился бедром к столу. – Вот это да, это…странно. Я думал, там все так же напряжены, как здесь.

– Да, – сказал Питер и вдруг ощутил внезапную, пронзительную благодарность, что Нил решил пойти с ним, что ему не пришлось проходить через это одному.

Дверь открылась, и внутрь шагнула женщина в темном костюме, с пистолетом под пиджаком и планшетом под мышкой – явно не одна из злополучных мет. Питер встал. Наконец-то кто-то, чтобы отвечать на вопросы – и принимать жалобы.

– Вы все – металюди из списка героев, верно? – спросила она, окидывая цепким взглядом комнату. Все нерешительно кивнули. Нил придвинулся поближе к Питеру, наверное, сам не осознавая этого.

– Прошу прощения, – сказал Питер. – Нас продержали здесь больше получаса, без всяких…

– Ваше имя? – прервала она его, занеся ручку над планшетом.

– Питер Бёрк. Агент Питер Бёрк, ФБР. Я бы хотел поговорить с вашим нача…

– Способность или способности?

Питер сделал вдох.

– Мэм, я пытаюсь подать жалобу на порядок ведения этой операции.

Агент Бёрк, – сказала она. – Мне все равно. На кону судьба мира. Если хотите подать формальную жалобу – пожалуйста.

– Будьте уверены, так я и сделаю.

Нил, скрытый от вида столом, пнул его в ногу. Питер ответил тем же.

– Раз мы это выяснили, – она нетерпеливо занесла ручку, – способность или способности?

Явно он не получил удовлетворения в этом раунде, а препираться с бюрократом низшего уровня не поможет решить явно систематическую проблему. Она просто выполняла свою работу, и не было смысла ее усложнять.

– Щиты, – сказал Питер. – В смысле, я создаю невидимые щиты. Как силовые экраны.

Она что-то записала.

– Метаним?

– Что?

Нил закатил глаза, а женщина сказала очень медленно, словно разговаривая с идиотом:

– Псевдоним, который вы используете как супергерой, не являющийся вашим настоящим именем.

– О, – сказал Питер. – Я… не думаю, что он у меня есть.

– Он – Щит, – встрял Нил.

Питер постарался снова его пнуть, но не попал.

Она переключилась на Нила, который послушно сообщил свой тип способностей. Питер надеялся, что он тоже запнется на метаниме, потому что Питер уже придумал ему абсолютно заслуженное прозвище, Невидимый Шкет, – но Нил без запинки сказал:

– Джеймс Бондс.

Питер заметил ее когнитивный диссонанс в попытке соотнести прозвище со способностями, но она быстро сдалась и записала его. Когда она переключилась на Арпиту, Питер пробормотал:

– Это совсем не похоже на супергеройское имя.

– Питер, в списке есть супергерои с именами Потрясный Чувак и Диско Суперфлай. Я могу назваться Джеймс Бондс, если хочу.

Больше времени спорить не было. К общему неудовольствию, у них конфисковали сотовые и повели в холл, а потом, к удивлению Питера, в лифт и на самую крышу.

– Нас повезут на черном вертолете? – оживленно спросил Нил. Казалось, он наслаждается этим куда больше, чем Питер, но посмотрев на него внимательнее, Питер решил, что это притворство. Нил боялся и пытался этого не показывать.

– На крыше нет площадки для вертолетов, – сказал он.

– Он не будет садиться, – сказала женщина с планшетом, услышав их.

Они вышли под воющий ветер. Это оказался не совсем вертолет, что-то изящное и очень высокотехнологичное; по очертаниям больше похожий бомбардировщик Стелс, но с винтами. Он завис над ними и опустил какую-то металлическую клетку, наподобие дайверской.

– Ну уж нет, – сказал Питер, отпрянув. Арпита вцепилась в Эмили. Питер вспомнил, что она говорила, что боится высоты.

Им не дали возможности отказаться, просто затолкав внутрь. Чтобы избежать мыслей о том, насколько высоко они над землей (высоко, очень высоко), Питер задумался, что было бы, если бы кто-то из них наотрез отказался заходить. Если бы у кого-то случился приступ паники? Или, например, приступ астмы при виде этой конструкции?

И ведь этого можно избежать, кипятился он, вцепившись в прутья. Стоявший рядом Нил одной рукой придерживал шляпу и пытался выглядеть безразлично, когда медленно вращающаяся клетка поплыла вверх. Арпита слабо застонала, спрятав лицо на плече Эмили. И ведь для такого нет никаких причин. Ну зачем им может так срочно понадобиться парень, который может становиться невидимкой, и девушка, которая изменяет цвета? Нас могли бы отвезти на машине, или мы сами могли бы доехать…

– Эй, – сказал Нил Арпите. Он так вцепился в прутья, что побелели костяшки, но его голос был небрежен. – Посмотрите вверх.

– Не могу, – простонала она.

– Там здорово, – Нил придвинулся ближе к ней и слегка толкнул плечом. – Солнце садится, и отсюда гораздо лучше виден цвет облаков, чем с земли. Посмотрите.

Он наконец уговорил ее поднять голову и глянуть через решетку на скопление туч над морем, золотых и розовых в свете заходящего солнца.

– Такого не видел почти никто в Нью-Йорке. – Питер заметил, что Нил встал так, что его плечо и поднятая рука загораживали ей почти весь город внизу. Отличный трюк. – Видите игру света на облаках? Я художник, так что смотрю на свет.

Нилу удалось переключить всеобщее внимание с их страха и дискомфорта на клубящуюся над океаном массу облаков, так что Питер решил, что не время поправлять его и замечать, что более точным определением будет «фальсификатор».

– Вы художник? – спросила Арпита и шмыгнула носом. – Здорово. Эм тоже рисует.

– Немножко, – скромно сказала Эмили. – Я ходила на курсы.

Настроение в клетке сменилось со страха и угрюмости на оживленный интерес. Питер иногда задумывался, кем бы стал Нил, если бы решил взрастить этот талант – способность приковывать внимание людей, улучшать их настроение и поднимать самооценку – для чего-то иного, чем отвлечь их и украсть кошелек. Из него бы вышел прекрасный психолог или учитель. Все еще может выйти, подумал Питер.

Ну, при условии, что они переживут то, что их скоро ждет.

Продолжение в комментариях

@темы: Перевод, Персонажи: Нил, Персонажи: Питер, Персонажи: Элизабет, Фанфики

Комментарии
2013-10-15 в 13:48 

_Наблюдатель
Продолжение - 1

2013-10-15 в 13:48 

_Наблюдатель
Продолжение - 2

2013-10-15 в 13:48 

_Наблюдатель
Продолжение - 3

2013-10-15 в 13:49 

_Наблюдатель
Продолжение - 4

2013-10-15 в 13:50 

_Наблюдатель
Окончание

2013-10-16 в 06:16 

Eiffie_Rock
Есть много чего интересного в мире.
хм, занятный взгляд... ))))

2013-10-17 в 19:27 

red_up
© WBD PP
_Наблюдатель, спасибо

2013-11-06 в 07:06 

Омерен
Трэш на конопляном поле(с)
Это действительно чудесный фанфик, и я рада, что вы переводил его :inlove: Спасибо! Было вкусно)

2013-11-22 в 12:35 

Кана Го
'The best revenge is to improve yourself' (c)
Действительно занятно получилось. :laugh: На шапку не посмотрела, то, что это перевод, поняла только по примечанию. :hlop:

2013-11-23 в 19:07 

_Наблюдатель
Кана Го, это, наверное, самый большой комплимент для переводчика! :friend: Спасибо, рада, что понравилось!

   

White Collar

главная